Центр “Арун” продолжает поэтический челлендж в память Владимира Лоргоктоева

dsc06583_thumb

К акции присоединяются новые участники. Стихи эвенкийского поэта “Мевандиви аявденэ” читает Галина Васильевна Николаева

Также в челлендже выступили студентки 3 и 4 курса группы “Преподавание эвенкийского языка и литературы” Восточного факультета БГУ Жанна Исакова и Дари Дырчикова:

Проделки хитрого лиса (эвенкийская сказка)

33954

Когда-то лис был ростом с человека. Совсем как человек. Жил он в чуме на берегу широкой реки по соседству с оленеводом Ковшичаном. Работать лис не любил, оленей не держал, жил только обманом, хитростью да ловкостью. Вот однажды говорит он соседу:
— Что это мы с тобой, друг, всё дома сидим, ничего не знаем, далёкой земли не видели? Давай пустимся вверх по реке. Может, найдём что-нибудь. Ковшичан согласился. Они приготовили два челнока, взяли запас еды и отправились в путь. Река была тихая, спокойная, течение незаметное. Приятели причаливали к берегу, ночевали, а наутро продолжали путь. Челноки свои на ночь они вытаскивали на берег и ставили носом туда, куда надо плыть, чтобы случайно не уплыть назад.

Вот однажды, когда Ковшичан заснул, лис тихонько перевернул челноки, поставил их носом вниз по течению. Наутро будит Ковшичана:
– Скорей вставай, уже светло, пора ехать!
Они быстро прыгнули в лодки и поплыли. Ковшичан не заметил, что плывут назад. Лис без умолку говорил, совсем забил голову приятелю. Через несколько дней они заметили на берегу стадо оленей, штук двадцать.
– Давай причалим, — говорит лис.
– Давай.
Когда причалили, Ковшичан говорит:
– Эти олени похожи на моих оленей. А вожак — ну совсем как мой вожак. Узнаю. Это мои олени.
– Глупый ты, Ковшичан, — говорит лис. — У тебя у одного, что ли, есть олени? Мало ли похожих оленей? Люди и то бывают друг на друга похожи, не отличишь — не то, что олени. А главное — мы уплыли далеко-далеко от нашего стойбища. Это чужие олени. Давай-ка лучше их угоним в сторону, чтобы хозяин не нашёл, да съедим, вот будет пир! Да и запасы наши кончились…
– Нельзя есть чужих оленей, — говорит Ковшичан.
– Как знаешь, — говорит лис. — А я хочу свежей оленины.
Он выбрал оленя пожирнее, зарезал, сварил и начал есть. Ковшичан глядит — слюнки глотает. Лис говорит:
– Ешь, Ковшичан, забудь, что это чужой олень. Не ты его украл — я украл! Я угощаю.
Ковшичан начал есть. Ах, какое вкусное мясо! Не оторваться! Так бы и ел до вечера.
До вечера приятели съели оленя, а наутро зарезали другого. Так пировали двадцать дней — съели двадцать оленей. А когда съели — расхохотался хитрый лис:
– Обманул я тебя, Ковшичан! Съели мы твоих оленей, всё твоё стадо! Тут недалеко наши чумы. Пойдём домой!
Горько стало Ковшичану. Затаил он обиду. Решил отомстить обманщику. Пришла осень, озёра покрылись льдом. Ковшичан говорит лису:
– Пойдём в лес, поохотимся.
– Пойдём, — говорит лис.
Дорога шла через озеро. Лёгкий Ковшичан бежал впереди, за ним поспевал хитрый лис.
– Что-то лёд трещит, — говорит лис.
– Не бойся, лёд уже крепкий, — говорит Ковшичан.
Но вот провалился лёд под лисом, начал он тонуть.
– Спаси, спаси меня, сосед, я тону! — кричит лис. — Беги на берег, тащи жердину!
Ковшичан побежал к берегу, вырубил жердину. Да только пока он её рубил не спеша, лис пошёл ко дну.
– Вот и отомстил я тебе, злой обманщик, — сказал Ковшичан.
Но не таким был наш лис, чтобы погибнуть. Он пошёл по дну и пришёл к язям. Узнали его язи и говорят:
– Лис, ты ничего не боишься, ты, наверное, шаман. Наша мать больна, ты не вылечишь её?
– Да, я шаман,—отвечает лис. — Я могу выгнать любую болезнь.
– Тогда спаси нашу старую мать, выгони из неё болезнь.
– Я согласен, — говорит лис. — А вы приготовьте мне большое туру[1], продолбите в озере лёд и поставьте туру так, чтобы оно одним концом выходило на лёд. Да ещё приготовьте несколько пологов. Когда я буду шаманить, выгонять болезнь из старухи, никто не должен нас видеть. Из пологов сделайте занавес, да не заглядывайте за него! Старуха будет кричать: «Лис меня убивает, он ест мою икру! Бейте лиса!» Но вы не верьте. Это не сама старуха, это её болезнь будет кричать, чтобы я её не выгонял.
– Всё сделаем как надо, — сказали язи.
Они продолбили лёд, поставили туру, сделали занавес. И лис начал шаманить. Вскоре он вспорол рыбе живот и начал есть её икру.
– Лис меня убивает! Он ест мою икру! Бейте лиса! — закричала старая язиха. Но язи знали, что это кричит болезнь, и не тронулись с места.
Лис съел икру, вышел из-за полога и сказал:
– Теперь мне надо залезть на туру.
Он выбрался по стволу на лёд, отряхнулся и начал хохотать:
– Обманул я вас, глупые язи, съел икру вашей старой матери и выбрался из воды!
Хитрый лис и язи, рисунок иллюстрация
Довольный лис побежал в лес. Навстречу — старик с двумя худыми оленями.
– Здравствуй, старик! — говорит лис.
– Здравствуй, лис! — говорит старик.
– Что это твои олени такие тощие? — спрашивает лис. — Ты, наверное, не умеешь их пасти. Я бы их так раскормил — они б у меня за три дня разжирели!
– Да ну!
– Ты бы их через три дня и не узнал!
– Тогда попробуй, откорми моих оленей, — попросил старик.
– Ну что ж, давай, — согласился лис. — Только оставь мне, старик, свой молоток. Буду заодно учиться ковать.
Старик оставил оленей, оставил молоток и пошёл домой. А лис тут же убил оленей и начал их есть. Молотком он разбивал кости, чтобы добыть мозг. Через три дня пришёл к старику.
– Ну, как мои олени?—спрашивает старик.
– Они так разъелись — справиться с ними не могу, — отвечает лис. Старик пошёл в лес, увидел кости своих оленей, побежал домой.
– Старуха, держи хитрого лиса, он съел наших оленей!
А старуха плохо слышит, спрашивает у лиса:
– Что кричит старик?
– Он кричит: «Лис хорошо раскормил оленей, дай ему за это пузырь с жиром! Привяжи пузырь к его хвосту».
Старуха привязала к хвосту лиса пузырь с жиром, хитрец убежал в лес и начал хохотать:
– Обманул я старика, съел его оленей! Обманул старуху, забрал последний жир!
Идёт лис по лесу, а навстречу — волки.
– Здравствуйте, волки, — говорит лис.
– Здравствуй, лис, — говорят волки. Лис повернулся к хвосту, пробует жир.
– Что ты ешь?—спрашивают волки.
– Белый жир, — отвечает лис.
– Дай и нам попробовать, — просят волки.
– Берите, пробуйте, — говорит лис.
– Ах, как вкусно! — говорят волки.
– Жир оленя! — говорит лис.
– Где добыл?—спрашивают волки.
– В этой реке, — говорит лис.
– Как же это? — спрашивают волки.
– А так: сунул хвост в прорубь, просидел ночь, утром вытащил, а на нём — пузырь, полный жиру, — говорит лис.
– Отведи нас к реке, научи жир добывать, — просят волки.
– Ладно, научу, — отвечает лис.
Пришли они к реке, отыскали прорубь. Опустили волки хвосты в прорубь, сидят, ждут. Лис тоже сидит с ними, да только хвост он в прорубь не опустил, наоборот, к спине прижал, так прижал, что и не заметишь. Наступила ночь, вода в проруби замёрзла, прихватило волков. Тут лис отбежал в сторону и давай хохотать:
– Обманул я вас, глупые волки! Век будете помнить хитрого лиса!
И побежал в лес. Скоро есть захотел. А жиру-то уже нет. Набрёл на оленьи рога, погрыз их, да толку в рогах мало, только зуб сломал. Но вот набрёл на чум. Там много народу, пьют, едят, веселятся. Лис вошёл в чум, гостем стал. Сидит, ест, пьёт, разговаривает.
А волки очень рассердились на лиса. «Мы его со дна моря достанем, — сказал вожак. — Не уйдёт хитрый лис от наших зубов! За мной, братья!» Волки рванулись, оставили во льду свои хвосты и побежали по следу лиса. Вот обглоданные рога, а вот обломок зуба. Волки побежали дальше. След привёл их к чуму.
– Он там, среди людей, — говорит один волк. — Как же мы его распознаем?
– У него один зуб обломан, — говорит вожак. — Мы его найдём по зубу.
Волки вошли в чум. Люди сидят вокруг очага, пьют, едят. Не понять, кто из них лис. Вожак говорит одному волку:
– Начни камлать[2], будто ты шаман, постарайся их рассмешить. А я буду смотреть, кто как смеётся.
Волк начал камлать — филином заухал: «Хун-хун-хун!», зайцем забормотал: «Хобо-бо-бо-бо!» Все засмеялись, засмеялся и лис, только он всё рот прикрывал, чтобы волки не заметили сломанного зуба. Но вожак тоже был хитрый. Он понял: кто прикрывает рот, тот и есть лис. Бросились на него волки, начали со всех сторон кусать, живого места не оставили.
Но не таким был наш лис, чтобы погибнуть. Отлежался, пришёл в себя и — опять за старое. Встретил он в лесу медведя.
– Здравствуй, медведь, — говорит лис.
– Здравствуй, лис, — говорит медведь.
– Солнце садится, пора спать, ты где ночуешь, дедушка медведь? — спрашивает лис.
– А где придётся, — отвечает медведь.
– Так не годится, — говорит лис. — Это холодно — спать где придётся. Я сплю только в тёплых местах.
– Где же ты спишь?—спрашивает медведь.
– Я сплю там, где раньше всего начинает греть солнце.
– Покажи мне тёплое место, — просит медведь.
– Пойдём со мной, — говорит лис.
Он привёл медведя на небольшой выступ скалы.
– Ты ляжешь к стене, — говорит лис, — а я лягу с краю. Ты ведь старый, ночью можешь свалиться вниз. Но смотри, меня не столкни. Когда я ночью скажу тебе: «Подвинься», — ты подвинься к стене.
– Ладно, — сказал медведь.
И они легли спать. Медведь скоро захрапел. Тогда лис встал и осторожно лёг между медведем и стеной, а потом сказал, будто с испугом:
– Подвинься, дедушка, а то я свалюсь.
Медведь повернулся и сорвался вниз. Погубил хитрец медведя. Утром он побежал вниз, распотрошил тушу, наелся до отвала, наделал колбасы и жил целый месяц, не зная забот. Но вот кончилось мясо, и лис опять побежал по лесу. Видит: стоит лабаз[3]. Две девушки берут из лабаза кожаные мешки и кладут на нарты.
– Здравствуйте, девушки! — говорит лис.
– Здравствуй, лис! — говорят девушки.
– Что вы делаете? — спрашивает лис.
– Припасы хотим отвезти домой, — отвечают девушки. — Да вот беда: прямой дороги не знаем, а вокруг ехать — так далеко!
– Прямую дорогу я знаю, — говорит лис.
– Как хорошо! — говорят девушки. — Поедем с нами, покажи нам дорогу.
– Ладно, — говорит лис, — поеду, только положите меня в нарту среди мешков да укройте тёплой оленьей шкурой. Когда будете проезжать речку, спрашивайте, что за речка, я буду из-под шкуры отвечать.
Девушки нагрузили нарту, посадили среди мешков лиса, накрыли его шкурой и поехали в ту сторону, куда показал хитрец. Вот доехали до речки.
– Что за речка? — спрашивают девушки.
– Речка Завязка, — отвечает лис. Едут дальше. Опять речка.
– Что за речка? — спрашивают девушки.
– Речка Верхушка, — отвечает лис. Едут дальше. Снова речка.
– Что за речка?—спрашивают девушки.
– Речка Серединка, — отвечает лис. И опять речка.
– Что за речка?—спрашивают девушки.
– Речка Донышко, — отвечает лис. — Теперь уже до стойбища недалеко, сами доберётесь, а мне недосуг. Прощайте, девушки! — И лис спрыгнул с нарты. Но не мог он не посмеяться вволю — такой уж был этот лис. Отбежал немного и давай хохотать:
– Обманул я вас, глупые девушки! Мешок жиру я съел до донышка!
– Обманул нас хитрый лис, — сказали девушки. — Ну, он не уйдёт! — И направили своих оленей вдогонку за лисом.
Лис побежал в лес. А там — глубокий снег. Проваливается лис, выбивается из сил. Олени догоняют. Что делать? Взобрался лис на высокую лиственницу. Подъехали девушки. Думают, как достать лиса, как вора проучить.
– Срубим лиственницу, — говорит одна.
– Если срубим, — она упадёт, хитрый лис с вершины спрыгнет и опять уйдёт, — отвечает другая.
– Тогда подожжём!
– Правильно!
Они быстро натаскали сушняка и зажгли вокруг лиственницы костёр. Полез огонь вверх, начал лиса лизать. Но не таким был наш лис, чтобы погибнуть. Он взмолился:
– Огонь, огонь! Не жги меня всего, сжалься надо мной! Оставь меня живым, ну хоть с рукав величиной!
Внял огонь мольбе. Хоть хитреца и опалил, но оставил живым, оставил величиной с рукав его шубы. От него пошли нынешние лисы, маленькие и рыжие, будто прихваченные огнём.

[1] Туру — шаманское дерево.
[2] Камлать — шаманить, производить шаманские действия.
[3] Лабаз — сарай для хранения съестных припасов в лесу. Его ставят на сваях.

Источник: В далекие времена. Сказки народов СССР. ред. Марк Ватагин. Издательство: Л.: Детская литература, 1977 – 143 с.
Рисунки В. Власова и Е. Власовой

Эвенки Бурятии продолжают поэтический челлендж в память поэта Лоргоктоева

dsc06578_thumb

Торжественные чтения в память выдающегося эвенкийского поэта и писателя Владимира Лоргоктоева продолжают привлекать новых участников. В числе выступивших – председатель национально-культурной автономии эвенков Бурятии Мария Бадмаева, зачитавшая повесть “Орорво этэечимилнун бакалдыран улгур”.

В чтениях приняла участие и дочь поэта – Эльвира Лоргоктоева.

Также стихи поэта прочли энтузиасты эвенкийской культуры из Курумканского района и сотрудники центра “Арун”.

 

Полковник Николай Гантимуров — герой Русско-Японской войны. Краткая биография

gantimurov_ni-800x500

Гантимуров Николай Иннокентьевич (1880-1924) – князь из старинного эвенкийского рода, полковник. Участник Русско-Японской войны. (Потомок эвенкийского князя Гантимура, вассала китайского императора, перешедшего в русское подданство).

Уроженец села Урулька Читинского уезда Забайкальской области. Образование получил в Сибирском кадетском корпусе. В 1901 окончил Павловское военное училище, по 1-му разряду. Выпущен подпоручиком в Енисейский резервный батальон в Иркутске. Переведён 03.07.1903 по собственному желанию в Порт-Артурский крепостной пехотный полк. (Переименован 14.10.1903 переименован в 25-й Восточно-Сибирский стрелковый полк). С 10.09.1903 младший офицер 8-й роты, с 26.01.1904 – личный адъютант командира 3-го Сибирского армейского корпуса и начальника Квантунского укрепрайона генерал-лейтенанта А.М. Стесселя. Неоднократно посылался с донесениями в штаб Манчжурской армии. Во время одного из таких эпизодов был вынужден вместе с сотником 3-го Верхнеудинского казачьего полка Георгием Мациевским прорваться из осаждённого Порт-Артура через заслон японских войск.

Тяжело ранен шрапнелью 21.06.1904 на позиции у бухты Лувантан. Переведён 20.08.1904 в 9-й Восточно-Сибирский стрелковый полк. С 1905 – поручик. По окончании войны служил в 9-м Восточно-Сибирском стрелковом полку: с 28.02.1907 как младший офицер 13-й роты, с 03.04.1907 – как командующий 5-й ротой. В 1907 г. привлекался в качестве свидетеля по делу о сдаче крепости Порт-Артур.

Переведён в гвардию с 10.04.1908 с чином поручика гвардии с зачислением в роту дворцовых гренадёр. Командующий Московским отрядом той же роты, с 24.05.1909 по 07.10.1909 временно, с 07.10.1909 – утверждён. Штабс-капитан, затем капитан гвардии той же роты. С 1916 года – полковник, по Георгиевскому статуту. После 1917 года проживал в Севастополе.

По окончании Гражданской войны вернулся в Москву. Работал десятником на песчаном карьере Москоммунхоза.

Арестован органами ОГПУ 24.04.1924 по обвинению в участии в контрреволюционной деятельности. Приговорён 25.08.1904 коллегией ОГПУ к расстрелу. Расстрелян в Москве, похоронен на территории Яузской больницы.

Реабилитирован посмертно на основании Закона РСФСР от 19.10.1991. Имя Н.И. Гантимурова значится на памятнике жертвам репрессий, установленном во дворе Яузской больницы.

Награды: ордена Святого Георгия 4-й степени (1905 г. «За отличия в делах с японцами при отбитии штурмов Порт-Артура в сентябре, октябре, ноябре и декабре 1904 г.»), Святой Анны 4-й степени (1904 г.); Святого Станислава 3-й степени, с мечами и бантом (1904 г., за прорыв блокады Порт-Артура на миноносце «Лейтенант Бураков»); Святого Станислава 2-й степени (1916 г.). Иностранные ордена: испанский Святой Изабеллы и шведский Вазы (оба – 20.11.1911).

По материалам книги Е.А. Высотиной «Забайкальское казачье войско в военной истории России и его атаманы».

В Улан-Удэ стартовал “челлендж” в честь эвенкийского поэта Лоргоктоева

dsc06575_thumb

Первые чтения стихов Владимира Лоргоктоева прошли 11 апреля в АУК РБ ГРЦЭК “Арун”. Напомним, акция приурочена к 85-летию со дня рождения выдающегося эвенкийского литературного деятеля Бурятии. Образцы его творчества зачитывали все, кто пожелал принять участие – это проживающие в Улан-Удэ эвенки, люди разного возраста и рода занятий.

Всего за день в чтениях участвовало семь человек – в основном, вызвавшиеся энтузиасты. Звучали и стихи, и проза Владимира Лоргоктоева. Выкладываем видеозаписи лучших выступлений.

Выступает Мария Берельтуева:

 

Таёжный роман иенгринской охотницы длится более 20 лет

dsc_6970

Прошло уже больше трёх лет, как я задумал рассказать о славной эвенкийской женщине из рода Бута — Колесовой Ирине Валерьевне. Но всё как-то не получалосьс ней встретиться. То она промышляет соболей, то кочует с оленями, то ловит рыбу на Токориканских озерах, и её на этих огромных таёжных просторах просто не найти. А если она выбирается в село Иенгра, то быстро сделав свои дела, снова уезжает в тайгу, к своим оленям. Бывает с запозданием услышу, что таёжница была в посёлке, но уже уехала. И всё-таки наша встреча состоялась.
Славная эвенкийская женщина Колесова Ирина Валерьевна хлопочет по дому, наливает чай, режет хлеб, мягко, почти не слышно передвигается по кухне. Маленькая, всего-то 1 м 43 см от земли до макушки крепких чёрных волос. Лицо и руки женщины уже потемнели от яркого мартовского солнца и белого снега. Эвенкийские узкие глаза по-детски улыбаются. Голос приятный, не простуженный якутскими морозами. И вот передо мной — та легендарная охотница, которая добывает десятки соболей и может без страха смотреть в глаза трехсоткилограммовому медведю. Всё, что я слышал от близких людей Ирины, не укладывалось в моей голове. Ну откуда в этой хрупкой женщине столько силы?

irina-15
Ирина Валерьевна Колесова — прямой наследник знаменитого проводника-эвенка Улукит-кана (Семёна Григорьевича Трофимова), который в далёких сороковых годах прошлого столетия вместе с топографами составлял карту нашей Родины. Улукиткан помогал геологам найти неведомые тропы к «сердцу» Станового хребта. О бесстрашном проводнике красочно и точно рассказал писатель-геодезист Григорий Федосеев. Как говорит сама охотница: «Наверное, гены сработали, раз такая получилась». Родная бабушка Ирины — Трифонова Варвара Григорьевна была родной сестрой Улукиткана. Когда вышла замуж за дедушку Колесова Фёдора Николаевича, взяла фамилию мужа. Так две фамилии — Трофимовы и Колесовы породнились. У этой семейной пары и родился отец Ирины Колесовой — Валерий. Кочевали предки нашей землячки по рекам: Алгома, Гонам и у озера Большое Токо. Своё местожительство и прописку наша героиня не меняет и по сегодняшний день, так же живёт и охотится в родной ей тайге, на реках Тимптон и Гонам.

dsc_6826

С того момента, как помнит себя кочевница, её домом всегда была брезентовая палатка, где топилась буржуйка, рядом ходили олени. Музыкой был шум ветра, перезвон оленьих колокольчиков (чооранов) и ботал (канделянов), лай собак. Любимыми игрушками — всё те же олени и собаки, вырезанные ножом из дерева и бумаги. Не забыла таёжница первого любимого оленёнка (анэнакана) по кличке Банкалаткан. Он был добрым и послушным, его можно было пригласить в палатку, угостить хлебом и солью, уложить рядом на свою лежанку. Непростое имя ему дали за то, что у матери-оленухи на шее болталась вместо чорона консервная банка. Всё, что тогда окружало девочку, было простым и надёжным.
Утром отец и другие мужчины уходили пасти оленей и охотиться, женщины выполняли свою работу, дети росли и помогали по хозяйству. Разговаривали все на эвенкийском языке, русские слова в стойбище произносились редко. Разных зверей в тайге было много, но почему-то волки, так сильно как сейчас, не осложняли жизнь оленьего хозяйства.

dsc_6913
Ярким событием детства было необычное поведение одной собаки по кличке Тунгус. Мощный кобель, наскучавшись без охоты, сам по себе убегал в лес. Кричи не кричи, не придёт. Нет дня 3-4, потом послышится лай собаки, это Тунгус гонит к табору огромного лося. Мужчины без труда добывали зверя и кормили досыта четвероногого помощника. Как он это делал, никто не знает, но такая охота происходила не один раз.

dsc_5004
«С началом освоения и разведкой мест по поиску полезных ископаемых, отца Валерия Федоровича стали постоянно приглашать работать каюром-проводником в геологические экспедиции, — делится воспоминаниями Ирина. — Работы для проводников было много, поэтому отец кочевал на Гонам и нас с собой забирал на весь летне-осенний сезон. Жила наша семья рядом с посёлком геологов, у них всё было необычно и интересно: деревянные дома, большие палатки, радио и ещё теплица. Мы, эвенкийские ребятишки, узнали, что такое яблоки — это вкусные и сочные фрукты. Однажды в теплице подсмотрели, что «яблоки» растут на кустах, залезли с ребятишками в целлофановый домик, прямо с грядок сорвали несколько заветных плодов. Попробовали — совсем не то, чем нас угощали рабочие-геологи, оказалось, что это были зелёные помидоры. Наше преступление было сразу раскрыто, начальник (люча) нас, ребятишек, не ругал, а дал в знак понимания и дружбы по конфетке и попросил, чтобы до осени не трогали плоды, пока «яблоки» не покраснеют».

s-dvoyurodnoj-sestroj-tatyanoj-glebovoj-i-plemyannitsej-mashej
Таёжное детство закончилось к семи годам. Отец и мама говорили Ирине, что надо идти в школу. Поэтому нужно было лететь в посёлок, где находится школа и там учиться, жить в интернате. На вертолёте с берегов Гонама привезли лесного человечка в Иенгру. Это был другой мир и тяжёлое испытание для маленькой свободолюбивой девочки. В селе все разговаривали на русском языке, Ира ничего не понимала. Столько всего нового и непривычного, чужого…

irina-2
С огромной благодарностью Ирина отзывается о первой учительнице Семёновой Татьяне Прокопьевне. Она терпеливо, с особой теплотой, учила дитя тайги, как надо сидеть за партой аж целый час, вставать по распорядку, а не тогда, когда проснёшься. Главное — учила слушать взрослых. А как хотелось сбежать обратно в тайгу к родным маме и папе, к своим оленям и собакам, говорить на понятном родном эвенкийском языке. Но благодаря учителям и окружению, адаптация прошла очень быстро, и через три месяца Ира уже всё понимала и говорила без акцента на русском языке.

s-tetej-albinoj-vas-kolesovoj-zavyalovoj-1

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Казусы, конечно, были. И сейчас с улыбкой Ирина Валерьевна Колесова вспоминает о них: «Мне очень понравилось слово «туалет». Думала, что это какой-то театр, а когда узнала, чуть не заплакала, такое красивое слово люди испортили. И ещё мне понравилось слово «селёдка», и снова разочарование… Селёдкой называлась горько-солёная рыба, совсем не съедобная. Наши хариусы, ленки, таймени намного вкуснее. Трудно было привыкнуть к гороховому супу с приправами, в котором совсем нет мяса. Долго не нравилось мороженое, будто молоко замороженное. И чего в нем хорошего?».
Ирина часто уходила от весёлых игр к себе в комнату и карандашом рисовала милые картинки таёжных воспоминаний — тайга глубоко сидела в ее сердце. Училась хорошо, полюбила русскую литературу, географию, биологию, были успехи в математике. Потрясением было прослушивание стихотворения «Белая олениха» поэтессы Варвары Даниловой. Под впечатлением написала несколько стихотворений сама. К большому сожалению, все стихи и рисунки, детские фотографии сгорели в старом доме. По выходным ходила девочка погостить к двоюродной сестре Татьяне Егоровне Глебовой. У сестры было комфортно жить. На каникулы родители Ирину и двух братьев — Константина и Клементия увозили в тайгу.
Ира была средним ребенком в семье. Старший брат везде брал сестру с собой: на охоту, на рыбалку, и в лес. Особенно хорошо запомнились походы с отцом на оленях высоко в горы. Отец Валерий Фёдорович понимал, что только в совместных путешествиях дети поймут и полюбят красоту родного края. Там, с вершин голых сопок можно было рассмотреть много того, что из густой тайги просто не увидишь. С тех пор девушка полюбила горы.
Ирина окончила школу, пробовала поступать в институт на ветеринара, но не хватило баллов. Уехала в тайгу, стала работать чумработницей в ООО «Труд», а в общине «Алдакай» оленеводом, где накапливался уже взрослый опыт таёжной жизни. «В двадцать лет я добыла первого соболя, — рассказывает Ирина, — и будто стукнуло, что это моё и ничего мне больше не надо». Научилась распутывать следы, ставить капканы, метко стрелять, помногу ходить на широких камусных лыжах, ездить на оленях и снегоходе «Буран», жить самой обычной таёжной жизнью эвенков-охотников. Но ведь она женщина, и много приходится делать очень тяжёлой, совсем не женской работы. Тайга слабых не любит, и приходится терпеть сильный мороз и бесконечную борьбу с любимой, но жестокой природой. Так и живёт женщина-охотница уже больше двадцати лет в тайге, кочует с небольшим, в 50 голов стадом. Хлеб «насущный» добывает промыслом на соболя и тем, что может дать северная природа. В тайге не обходится без встреч с медведями, волками, росомахами. По необходимости приходится стрелять в обнаглевших медведей, защищать себя и оберегать оленье стадо.
Весь день мы общались с таёжницей, как два давно хорошо знакомых человека. Всё что могла охотница рассказала о своей жизни с особой таёжной скромностью. Показала добытых в феврале двух волков. Кое-как уговорил её сделать фотографию о тех удачных днях. Пока готовились к съёмке, Ирина поделилась как этих хищников удалось догнать: «Не всё просто было в этой охоте. Сначала прибежала наша собака с измазанной кровью шерстью и раздутым животом. По обратному следу нашли в двухстах метрах от палатки задавленного волками оленя. Туша баюна была ещё теплой. Привязали собак и поставили капканы. Ведь должны волки прийти к своей добыче. Ранним утром пошли с мужем Виктором посмотреть, что делается у привады. Одна ловушка сработала, волк с капканом ушёл на полтора километра, догнали и точным выстрелом остановили жизнь серого разбойника. Волчица пришла через две недели и тоже попалась в капкан, ушла с железом и поленом-потаском (чингай) на двадцать километров. Погоня на снегоходе заняла весь день, но хищницу всё-таки настигли. Остальные волки ушли, оставив наше стадо в покое».
Лесная жизнь кочевников наполнена обычной работой и днями, о которых забыть просто невозможно. Вот случай на Токориканских озерах. Несколько раз в тёмное время суток приходил огромный медведь и разгонял стадо. Днём оленей охотница собирала. Маток привязала, чтобы не разбегались. Тугуты без матерей далеко не уйдут. Всё было спокойно. Девушка развела дымокуры от комаров, сварила поесть себе и собакам. А ночью медведь опять пришёл, собаки были молодые только тявкали, но на косолапого не бросались. Сначала стреляла вверх. Но медведь продолжал разбой. Кругом темень «хоть глаза выколи», шум, тугутята хоркают, бегают кругами, собаки тявкают… Пробовала стрелять в чёрное небо и потом в силуэт зверя, но медведя не смогла убить. К утру всех привязанных маток медведь прикончил и сам ушёл. Потом приехали мужики с хорошими собаками, нашли и наказали разбойника. Но оленей-то не вернёшь. Такое не забывается…
Ирина научилась ставить сети на карасей и щук, на удочку ловить хариусов и ленков, пилить и колоть дрова. Резать «петухи» из сухого полена для розжига огня (куаптын) и главное — жить с оптимизмом и в гармонии с природой. В свободное время рисует карандашом рисунки из таёжной жизни и читает книги.
Бесконечная борьба за место под солнцем научила эвенкийку относиться к происходящим обстоятельствам с каким-то особым чувством восприятия жизни, которого у многих нет. Чувство это — рассудительное спокойствие и тихая радость. Сколько раз в пургу приходилось блуждать по тайге, в снегопад, когда в двух метрах не видно ничего. Останавливалась и ждала, прокручивала в голове путь и свою таёжную карту, включала эвенкийский «навигатор». Выход всегда находился, голодных и холодных ночёвок пока не было.
Сейчас Ирина Колесова, эвенкийка из древнего рода Бута живёт с мужем Виктором, мамой Александрой Ивановной, с братом Клементием в тайге на речке Аммнунакта — приток Тимптона. Есть срубленный из брёвен дом, олени, собаки, родные близкие люди, хороший муж. А что ещё нужно для простого женского счастья?!

Юрий КОКОВИН,
фото автора

Память эвенкийского поэта отметят торжественными чтениями

img_5620-%d0%ba%d0%be%d0%bf%d0%b8%d1%8f3_thumb

 

 

 

 

 

 

 

 

На 85-летие со дня рождения поэта и писателя Владимира Лоргоктоева центр «Арун» с 11 апреля проведёт чтения его стихов на эвенкийском языке. Участие в «челлендже» может принять любой желающий, подойдя в офис «Аруна» с 13.00. На инициативу уже откликнулись эвенки города Улан-Удэ и Северо-Байкальского района.

img_5651

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Лучшие выступления чтецов войдут в видеоподборку, которая будет транслироваться средствами Интернета. Цель акции – почтить память выдающегося эвенкийского поэта, его творчеству, а также ещё раз привлечь внимание к эвенкийскому языку и дать дополнительный мотив к его изучению. Центр «Арун» приглашает присоединиться всех желающих, но в первую очередь – эвенков из мест компактного проживания в сельских районах.

Владимир Дмитриевич Лоргоктоев родился 30 декабря 1934 года в местности Ауник Баунтовского эвенкийского района БурАССР в семье охотника из рода нодягир. Имя получил в честь хирурга, спасшего жизнь ему и его матери. Учился в Багдаринской школе-интернате, потом в республиканской школе-интернате в Улан-Удэ. В те годы как одарённый ребёнок был направлен в пионерлагерь «Артек», где выиграл поэтический конкурс. С этого началась его литературная деятельность. В 1956 году, будучи девятиклассником, опубликовал очерк «Слово эвенка» в журнале «Свет над Байкалом» (№2). В 1957 году поступил в Ленинградский электротехнический институт, позже, под влиянием тунгусоведа Михаила Воскобойникова перевёлся в педагогический институт им. А.И. Герцена. В 1961 году, по итогам II Всероссийской конференции литераторов народов Севера его произведения вошли в сборники «От Москвы до тайги одна ночёвка» и «Север пойт». Несмотря на неоконченное образование, работал преподавателем эвенкийского языка в Дыренской средней школе Курумканского района Бурятии. Позже работал председателем колхоза в селе Холодное в Северо-Байкальском районе республики. Последние годы жизни работал чабанов в совхозе «Улюнханский» Курумканского района. Всё это время активно занимался литературной деятельность. В 1977 году публиковался в «Литературной газете» (номер от 27 апреля), в 1979 году Бурятское книжное издательство выпустило его сборник «Оленьи тропы». Кроме того, публиковался как внештатный корреспондент в газетах «Огни Курумкана» и «Правда Бурятии». Поднимал проблему отмирания эвенкийской культуры и языка, уделял внимание и острым социальным вопросам. Последние годы жизни потерял зрение, но продолжал сочинять стихи, диктуя их родным. Умер в 1992 году.

Как появилось название озера Котокель в Бурятии

%d0%ba%d0%be%d1%82%d0%be%d0%ba%d0%b5%d0%bb%d1%8c-3

В древнее время – на том месте, где появилось озеро, стояли высокие скалы. Кроме скал, а вдали крутых гор, на той земле ничего не было. Не водились там ни звери, ни птицы, на сотни верст не росло ни одного дерева. Когда образовался Байкал, то однажды поднялась сильная буря и вода из озера была ветром загнана на те скалы.

От нахлынувшей воды скалы медленно начали разрушаться, волны унесли камни в Байкал, и постепенно там, где были скалы, появилась впадина. Земля под впадиной стала опускаться и заполняться байкальской водой. Вместе с водой в озеро пришла рыба.

Прошло много лет, Байкал замыл берег, и вода теперь уже не могла попасть во впадину, озеро осталось замкнутым в горах. Вокруг него сразу жизнь изменилась, далеко в горах стал расти лес, начала шуметь тайга, а по самому берегу на несколько верст к горам появилась ольха. Она так стала быстро расти, что вскоре берега стали непроходимыми, все переплели ее ветки.
Много лет вокруг озера никто из людей не жил. Но вот где-то на востоке, за хребтами, началась война. Она шла много лет, люди воевали между собой до того, что их осталось совсем мало. Чтобы не извести себя совсем, одно племя убежало к Байкалу и встретилось с другими народами. Войны здесь между ними не было, но новое племя скрылось на острове этого озера. На том озере сохранился остров со скалами, видно, вода его не могла смыть, только все скалы проточила, глубокие дыры в них сделала.

Поселилось прибежавшее племя в скалах, в готовых пещерах, и никто к нему не мог ни пройти, ни проехать. Жило оно там долго, многие поумерли, не увидев другого света. Когда их осталось мало, все-таки к острову пробрались тунгусы или орочоны, разные люди про то разное говорят. Но только пробирались они долго не то что до острова, а даже до самого берега озера, ольха тут все так переплела, что мошке в ней и то трудно было проскочить. Когда тунгусы все же пробрались через ольху, то на острове попали в незнакомое им племя. Тут они ужились вместе с тем племенем.

Когда тунгусы выходили на большой берег, то все время плутали в ольхе и говорили: “котокель, котокель”, что значит “непроходимая ольха”. Потом они ездили к своим родичам и оттуда всегда торопились, чтобы засветло попасть на остров, и тоже говорили: “котокель, котокель”, то есть им надо пробраться через ольху. Так и получилось, что и само озеро по-тунгусски назвали Котокелем.

Русские пришли к Байкалу и узнали, что недалеко от него есть озеро Котокель, но ольхи той большой и густой уже в то время и в помине не было. А название, как видите, осталось…

Это лишь одна из версий, существуют иные переводы названия озера с диалектов эвенкийского языка, в которых смысл уже отличается.

Из сборника “Байкальские легенды и предания”. Записано от Гурьяна Степановича Лейкина, с. Гремячинск Прибайкальского аймака БурАССР

Эвенки Бурятии участвовали в юбилейной «Байкальской рыбалке-2019»

img_4745_thumb

Центр эвенкийской культуры «Арун» устроил экспозицию в рамках культурно-развлекательной программы мероприятия, проходившего 30 марта на берегу Байкала близ поселка Оймур. Фестиваль «Байкальская рыбалка проводится ежегодно, на протяжении уже 15 лет. В соревнованиях рыбаков участвуют команды со всей России, и даже из-за границы.

Для многочисленных участников и гостей центр «Арун» установил чум, внутри которого воссоздавалась обстановка аутентичного жилища эвенков. Экспонировались предметы охотничьего быта, художественные изделия из кожи, меха и бисера, книги об эвенках, образцы национальной кухни. Для большего воссоздания антуража сотрудники центра встречали посетителей в эвенкийских костюмах, играли на кордауне. Также любой желающий мог приобрести сувенир в этностиле  или сфотографироваться в национальном костюме эвенка. Гости мероприятия активно интересовались экспозицией – осматривали чум, фотографировались с «аниматорами» или в эвенкийской одежде, покупали представленные образцы эвенкийского декоративно прикладного искусства.

img_4435_thumb

Сам фестиваль в этот раз собрал 1400 участников – 346 команд прибыли со всех концов Бурятии, России и зарубежья. Приехали даже рыбаки из Конго. А в концертной программе выступили известный киноартист Алексей Булдаков и певица Анна Семенович. А призы вручал лично глава Бурятии Алексей Цыденов, прибывший вместе с сити-менеджером Улан-Удэ Игорем Шутенковым. Главный приз – внедорожник Toyota Fortuner – получила команда GTA из Улан-Удэ. Можно добавить, основатель и главный организатор «Байкальской рыбалки» – владелец сети супермаркетов «Титан», депутат горсовета Улан-Удэ Вадим Бредний.

img_4595_thumb

В заключение отметим, центр «Арун» уже не первый раз принимает участие в «Байкальской рыбалке», популяризируя эвенкийскую культуру и дополнительно привнося в мероприятие эвенкийский этнический колорит.

Эвенки Бурятии о запрете на вылов омуля: «Нас всегда ставят перед фактом»

fb848206e2c45527b1832c9a2ce649bd

Представители малочисленного народа неоднозначно отнеслись к инициативе чиновников. Как сообщал «Номер один», сегодня на совещании «О мерах по восстановлению численности байкальского омуля» под председательством руководителя Федерального агентства по рыболовству Ильи Шестакова прозвучало предложение отобрать у коренных малочисленных народов квоты на омуль. Врио руководителя Ангаро-Байкальского территориального управления Росрыболовства Роман Гармаев рассказал о возникшем ажиотажном спросе на квоты.

– Причина, на наш взгляд, кроется исключительно в коммерческих интересах. Неуклонно растет число общин коренных малочисленных народов Севера. Определить действительную принадлежность лиц к числу представителей малых народностей, по сути, не представляется возможным. Осуществление традиционного рыболовства на наш взгляд, не должно преследовать коммерческие цели. Вся незаконно добытая рыба реализуется под прикрытием разрешительных документов, полученных общинами, – заявил он.

И предложил ввести, кроме запрета на промышленную добычу омуля, и запрет на продажу представителями коренных малочисленных народов Севера. По мнению чиновника, мораторий облегчит борьбу с незаконными выловом и продажей байкальского эндемика. Его позицию поддержал и Илья Шестаков. Вместо квот на вылов коренным малочисленным народам предложили давать денежную компенсацию.

Представители эвенков отнеслись к этой инициативе неоднозначно.

– Государство никак не может разобраться с браконьерами, а в итоге страдают эвенки. Хотя омуль уничтожают именно браконьеры. В магазинах до сих пор торгуют омулем – это эвенки что ли его наловили? Для северобайкальских эвенков это традиционный промысел, они совсем хотят их его лишить? Нужно разобраться с браконьерством, – с возмущением комментирует председатель национально-культурной автономии эвенков РБ Мария Бадмаева.

С ней солидарна и председатель ассоциации КМНС Бурятии в Северобайкальском районе Галина Рогова. По ее словам, на совещание с главой Росрыболовства от КМНС никого не приглашали.

– Нас всегда только ставят перед фактами. Для КМНС уже сейчас созданы такие условия, что люди не могут рыбачить. А то, что реализация омуля частично идет от эвенкийских общин – так у них есть такое право. В перечне видов деятельности для общин КМНС есть рыболовство и охота с правом реализации. Это предусмотрено для развития общин, ведь как они смогут развиваться, если выловив рыбу, не смогут ее продать. Обложиться рыбой что ли? Да мы ее и поймать не можем – на сегодняшний день вообще жесткие условия для эвенков. У нас сейчас физические лица не могут выйти рыбачить. Лимит есть 20 тонн, но люди ни одного килограмма не могут выявить. Я уже объясняла и Чирипову (глава Минсельхоза РБ – прим. авт.), и на совещания дважды ездила. Общины согласны людей взять себе на участки, чтобы они выловили, что им положено, 25 кг на человека, но не можем этот вопрос никак решить.

Директор государственного республиканского эвенкийского центра «Арун» Надежда Шеметова, наоборот, не против полного запрета. По ее словам, в истории уже были периоды, когда лов омуля был запрещён для всех, в том числе представителей КМНС.

– Я считаю, если есть необходимость сохранить эндемик Байкала, надо принять это. Учитывая все имеющие место минусы, в том числе и нарушения, когда люди используют имя эвенков, чтобы получить возможность лова в корыстных целях. Для эвенков лов рыбы, конечно, традиционный вид хозяйственной деятельность. В основном им занимаются эвенки Северо-Байкальского района. И в этом районе далеко не все эвенки занимаются рыболовством. Что касается Баргузинского района, там живёт небольшое количество эвенков. И я, честно говоря, сомневаюсь, что кто-то из них действительно ловит омуль. Я подозреваю, в Баргузине имеет место подложное прикрытие статусом КМНС. Вот говорят эвенкийская община, которая занимается рыболовством. А сколько в ней эвенков? Давайте выясним. Мне обидно, когда имя эвенков связывают с браконьерством. Вообще, я считаю, истинные эвенки не меньше других озабочены ухудшением экологической обстановки, а потому к полному запрету вылова омуля должны отнестись с пониманием, – считает Надежда Шеметова.

“Номер Один”