материальная культура

Одежда многозначна, она содержит информацию о возрасте, половой и этнической принадлежности индивида, о месте его проживания, социальном статусе, профессии и т.д. Костюм может многое рассказать об эпохе, в которую был создан. Народный костюм вместе с языком, фольклором, обрядами образует единую знаковую систему, своеобразный язык культуры, аккумулирующий в себе традиции, социально-психологические установки, эстетические запросы, образ жизни. Функции костюма (по П.Г. Богатыреву): практическая, утилитарная, эстетическая, эротическая, магическая, возрастная, социально-половая и тесно связанная с ней моральная функции, а также функция праздничного костюма, обрядовая, профессиональная, функции сословия, рода занятий, вероисповедания и региональная функция. Эвенки относятся к числу малочисленных народностей Сибири. Сибирь и Дальний Восток образуют особую историко-этнографическую область, занимающую огромное пространство от Уральских гор на западе до Чукотки, Камчатки и острова Сахалин на востоке. Эта область находится в пределах трех природно-климатических зон – тундры, тайги и лесостепи. В историко-культурном отношении территория Сибири условно делится на две области: южную – область древнего скотоводства и земледелия – и северную – область промыслового охотничье-рыболовецкого хозяйства и оленеводства.

Традиционная одежда народов Сибири и Дальнего Востока, как и других народов, была тесно связана с природой и хозяйственным укладом. Условия жизни диктуют выбор материала для шитья одежды: в Сибири таким материалом являются шкуры. Оленеводы использовали оленьи шкуры, охотники – шкуры промышляемых ими животных и птиц. Народы, жившие в бассейнах крупных рек, искусно выделывали кожу рыб, скотоводы – овчину. Покрой одежды также зависел от хозяйственной деятельности и природных условий. Для большинства сибирских народов верхняя одежда была и нательной, различие же между зимней и весеннее-осенней состояло в качестве используемых шкур; летней служила одежда из летних шкур диких животных. Одежда эвенков подразделялась на охотничью (производственную), выходную (домашнюю), летнюю и зимнюю, мужскую и женскую. Мужская и женская одежда по покрою не различалась, но женский кафтан был более украшен и несколько длиннее. Единственное существенное различие – в нижнем крае нагрудника. Женский нагрудник имеет прямой нижний край, мужской – углом. Не различалась одежда женщин и девушек. Девушки в отличие от женщин носили головную повязку дэрбэки. Эвенкийский мужской и женский костюм составной, многослойный. Он включает распашной кафтан – летний – сун, зимний – хэгилмэ, мукэ с двумя широкими складками сзади (для удобства посадки на оленя), завязками на груди и глубоким вырезом без воротника, нагрудник с завязками сзади (женский – нэлли – с прямым нижним краем и мужской – хэлми – углом). Обязательным элементом традиционного костюма был пояс, на котором мужчины носили нож, а женщины – принадлежности для шитья. штаны-натазники (хэрки), ноговицы (арамус, гуруми). Кафтан и нагрудник надевали на голое тело. К рукавам кафтана зимой пришивали рукавицы. В качестве головного убора использовали плотную шапку в виде чепца, которую делали зи шкуры, снятой с головы оленя. Иногда на ней оставляли ушки олененка. Обувь короткую (унтал – отсюда русский термин «унты») и длинную (хэвэри, бакари) изготавливали из камуса. Летний и осеннее-весенний комплект одежды шили из оленьей ровдуги, которую красили в коричневые тона отваром коры ольхи или осины Особой ритуальной одеждой у всех народов Сибири были шаманские костюмы. Шаман, посредник между миром духов и людьми, носил ритуальную одежду только во время камлания. Шили ее из ровдуги, украшали вышивкой подшейным оленьим волосом, массой металлических подвесок, жгутами из ткани, крыльями птиц, пучками перьев. Как и у других этносов, в одежде сибирских народов издавна выражались различные представления населения. Так жители края и в начале ХХ века продолжали верить в возможность влияния сверхъестественным образом на тот или иной материальный предмет или явление, доверяя подобный контакт специальному посреднику – шаману. Связь с духами-предками отразилась и в самом костюме шамана – наплечной одежде с многочисленными подвесками и причудливом головном уборе. Так, некоторые шаманские костюмы воссоздавали образ зверя-птицы. У эвенкийского шамана, например, на плечах укреплялся зубчатый железный рог «небесного оленя», а на голове – железная «корона» с выкованными рогами.

Разнообразие одежды эвенков вызвано огромной территорией их расселения, близким соседством с другими народностями. Одежда западных эвенков (ангарские) была распашная и именовалась в литературе «фраком». Ее делали из цельной некроеной шкуры, центральная часть покрывала спину, а боковые части шкуры представляли собой узкие полки. Для рукавов делали вертикальные надрезы. Рукава делались узкими, с пришивными рукавицами. Подол одежды сзади выкраивали мысок, по подолу, полам, на спинке от плеча вдоль проймы рукава пришивали длинную бахрому. Одежда украшалась мозаикой из меховых полосок, бисером, полосками ровдуги и тканей. Одежда енисейских эвенков также шилась из цельной шкуры, но ее полы были сходящимися, с двумя-тремя узкими прямоугольными клиньями, вшитыми на спине от пояса вниз до подола. Прибайкальские эвенки в отличие от других групп эвенков широко использовали для шиться одежды шкурки нерпы и тарбагана. Полностью старинный эвенкийский национальный костюм сохранялся недавно только у эвенков к западу от Енисея. Частично он сохранился у эвенков, живущих между Енисеем и Леной, Леной и Байкалом. По материалу и покрою одежда и обувь прибайкальских эвенков в основном была сходна с одеждой других групп эвенков. В лесотундровых районах поверх кафтана надевали глухой меховой сокуй с капюшоном. В Забайкалье и Приамурье коневоды носили монгольские халаты с запахом слева направо, стеганые шапки-малахаи, монгольскую обувь. С XIX в. распространилась русская одежда – довольно свободная, из сукна, которая получила русское название – зипун. К востоку от линии Лена-Байкал из национальной одежды сохранились унты и зимняя парка. Эвенки-коневоды Забайкалья носили халат с широкой, запахивающейся слева направо полой. Эвенки, соседствующие с якутами заимствовали у них кафтан с отложным воротником (мужчины) и безрукавку (женщины). Развитие русской торговли ввело в быт мужчин пиджаки, жилеты, брюки, юбки и кофты у женщин. В ХХ веке на протяжении всего столетия происходило взаимовлияние традиционного костюма и одежды европейского типа. Большое распространение после октябрьской революции получила фабричная одежда и обувь. Те виды народного костюма, которые были недостаточно гигиеничны, чрезмерно сложны и трудоемки в изготовлении, не соответствовали новым условиям быта и труда, постепенно вышли из употребления. Однако, некоторые формы национальной одежды и обувь, комплекс промыслово-охотничьей одежды продолжают сохраняться.

История костюма

Одна из сложных проблем этнической истории Сибири – тунгусская проблема – связана с неолитом Восточной Сибири и глазковскими памятниками. Глазковская культура открывает эпоху металла в Прибайкалье и характеризуется погребениями с медными и бронзовым изделиями (XVIII-XIII вв. до н.э.), новыми типами кремневых каменных орудий. (См. также Глазковская культура) Из металла изготовляли хозяйственные изделия, а также украшения. Основа хозяйства глазковцев – охота, рыболовство, собирательство. По материалам погребений можно представить костюм древних обитателей Прибайкалья. Характерной и яркой деталью костюма был передник, украшенный кольцами и кружками из нефрита и бусами. Кольца и диски нашивались на передник по одному или несколько, перламутровые бусы, особенно в богатых погребениях встречаются сотнями. Нагрудник глазковцев находит ближайшие аналогии в такой же части костюма эвенков. На головной убор нашивались диски из нефрита, мрамора, кольца из бронзы. Иногда прикреплялась полоса из перламутровых бус или клыков марала. Реконструированный по расположению украшений головной убор глазковцев близок к тунгусской шапочке. Согласно исследованиям Г.М. Василевич, древним общим достоянием всех тунгусских племен являлись предметы быта: берестяная лодка, берестяные и деревянные шитые колыбели, посуда, сложный лук, лыжи, поняга – дощечка для переноски тяжестей, надеваемая на спину; а также костюм – кафтан из цельной шкуры, полы его стягивались на груди вязками поверх узкого нагрудника, подвешенного к шее, натазников, ноговиц и обуви – унтов. Все эти предметы имеют общую терминологию во всех тунгусских языках. О времени окончательного формирования комплекса одежды можно судить по археологическим находкам на территории расселения тунгусов (эвенков). Распашной кафтан с нагрудником, плоские круги в украшении головного убора, изображения человека, подвешенные к нагруднику, традиция ношения ножа на бедре датируются на Ангаре и Лене концом неолита – началом энеолита. Место формирования комплекса – горно-таежные районы, примыкающие к южной половине Байкала («Ламу» – по-эвенкийски), верховья Лены, Ангары и Селенги.

Детали костюма Кафтаны, нагрудники

Зимний кафтан шился из шкур оленя, мехом наружу или вовнутрь, в последнем случае  с окрашенным верхом. Чаще всего применялись шкуры неблюя – молодого оленя летнего забоя. Такие шкуры ценились за то, что они легче, теплее и носятся дольше благодаря короткому волосу (меньше выпадает). Для сильных морозов одежду шили из зимних шкур. Летний кафтан изготовлялся из летней шкуры оленя, ровдуги или ткани. Впереди на груди полы связывались узкими ремешками, под кафтаном носили нагрудник. Нагрудник связывали сзади тесемками на шее и по талии. Длина нагрудника была несколько выше колен. Тип мужского и женского кафтана был одним и тем же. Только мужской нагрудник (хэлми) оканчивался острым углом, а женский (нэлли) – прямым срезом. Второй тип женского нагрудника был иногда очень широк кверху и закрывал всю грудь и плечи. Праздничный нагрудник назывался нгэл и представлял собой красиво орнаментированный мужской передник (нагрудник), заменяющий рубашку. Нгэл – узкая полоска длиной до 70 см, обшитая по краям орнаментированными полосками, опушенными мехом домашней козы. Поверх нгэла надевался распашной ровдужный кафтан. Бахрома из козьего меха, вставленная в плечевой шов, предохраняла от сырости – капли дождя скатывались по меху. Спинка парадного кафтана была украшена на лопатках мелким орнаментом из меховых полосок. Из таких же полосок сшивался целиком и будничный нагрудник; праздничный, сшитый из ровдуги, обычно был покрыт орнаментом из бисера. Позднее летний и осенне-зимний кафтаны (сун) стали изготовлять из сукна и только зимний – парку (хэгилмэ) – из меха убитого зимой оленя. Рукавицы с прорезью для кисти обычно пришивались к рукавам парки. В лесотундре при далеких поездках поверх парки или кафтана надевали глухой меховой сокуй.

Рукавицы Изготовлялись из ровдуги, меха лисы и др. Иногда пришивались к рукавам кафтана.

Головной убор По мнению Г.М. Василевич, головные уборы были характерны раньше для обрядового костюма. Для охоты скрадом эвенки надевали на голову шкуру козы, косули, молодого оленя с рогами и ушами, что отмечали в XVII в. И.Идес, в XVIII в. Георги и др.

Шапку (мета – «шкурка с головы оленя») делали из целой шкуры с головы оленя, отверстия от глаз и рогов зашивали и орнаментировали бисером. Женская шапочка из двух наушных полос и одной продольной, покрывавшей темя и затылок называлась авун. Шапка оторачивалась мехом пушного зверя. Наушные части были украшены бисерным орнаментом и подвесками в виде кисточки из ремешков с нанизанными корольками. У илимпийских эвенков такая шапка стала мужской. Шапка авун была и другого фасона – венец, соединенный двумя перекладинами. Через отверстие выпускались волосы. Носили также шапки типа капора (интык), отороченного вокруг лица и шеи мехом. Праздничная шапочка называлась элдэн и дэрбэки. Она состояла из обода и двух-трех перекрещивающихся полосок, расшитых бисером. На виски и уши спускались петлями ровдужные тесемки с нанизанными корольками. Девичья повязка также называлась дэрбэки. Головной убор к костюму для обряда икэнипкэ представлял собой вышитый бисером венец (элдэн, шэргэми) связываемый вязками в верхней части затылка под пучком волос, выходивших как бы в отверстие венца (хорон – «макушка»). На висках к венцу пришивали за два конца ровдужные ремешки с нанизанным крупным литым бисером (корольки).Шею иногда и голову эвенки (в частности илимпийские) обматывали боа (вачи) – ремешок, на который нанизаны кусочки шкурок с хвостов пушных животных. Уже в XIX в. эвенки стали носить платки и картузы, шапки фабричного производства. Повязывание платка мужчинами и женщинами было различным. Мужчины складывали платок по диагонали, сворачивали его 2-3 раза, накладывали на голову так, чтобы край платка проходил по линии лба у волос; концы, перекинув на затылке, обводили вокруг лба и завязывали, оставшийся угол платка над косой покрывал сверху затылочную часть. Женщины накладывали платок низко на лицо, концы перекидывали под подбородком и связывали их на темени. Края платка, выступая перед лицом, образовывали подобие открытого клюва. Это предохраняло лицо от обморожения.

Обувь Обувь – унтал. Приспособлена для переходов по тайге. Ее даже заимствовали и русские. Существует два типа унтов:

  1. Унты, подошва которых загибается кверху сборами на носке и пятке;
  2. Унты, подошва которых выкроена по ноге и пришита внутренним швом.

Различные виды унтов имеют свои особые названия. Унты делаются из камусов, «щеток», «лбов», ровдуги, летние – из сукна и кожи. На подошву шла толстая шейная часть шкуры оленя, лося, изюбря, на голенища – шкура косули, нерпы или изюбря. Длина голенища различна. Самые короткие – хомчура – покрывают ногу чуть выше щиколотки и их носят с длинными ноговицами. Они шьются из камусов. Самые длинные унты до паха называются хэвэри, бакари. Их надевают на промысел или для дальних поездок на нартах. Зимние унты носят с меховым чулком. Этот вид обуви пришел к эвенкам вместе с нартами от самодийских народов. Женщины на промысел надевают обувь из камусов – чикулма. Эта обувь до колена. Ее стараются сделать наиболее нарядной, украшая орнаментом из меха разных цветов. Новые чикулма обычно надевают на праздник оленеводов в конце хозяйственного года. По орнаменту на обуви узнают, к какой территориальной (прежде родовой) группе принадлежит мастерица, шившая эту обувь. Летняя обувь называется локоми или олочи. Раскрой этой обуви у западных и восточных эвенков одинаков: голенище из одного куска с прорезью впереди, в которую вшивается носок и подошва. На востоке преобладают короткие олочи с распахивающимся впереди голенищем, края которого на ноге накладываются один на другой и нога обматывается ремнем. Для ходьбы на лыжах применялась специальная обувь – уляди с шишечкой в носках. Изготовлялась она из наиболее крепкой шейной части шкуры сохатого или изюбря мехом наружу с расчетом на трение при ходьбе на лыжах. Домашнюю или выходную обувь шили более аккуратно из хорошо выделанных камусов, подбирая шкуры по расцветке. Выходная обувь с верхней части украшалась национальным орнаментом или опушкой из белого меха, выполненной из кусочков меха. Обувь к костюму для охотничьего обряда икэнипкэ – обязательно высокая в виде подчеркнуто сшитых вместе унтов до колена и ноговиц. Унты изготовлялись из шкуры мехом внутрь и орнаментировались, или из белых камусов с украшением в виде двух рядов тонких черных полосок по передку.

Натазники

Натазники (хэрки, ханни, ханды) – часть одежды, характерная для всех эвенков. Они представляют собой очень короткие, покрывающие только таз, штаны. Еще в XVII в. Избрандт Идес, проезжая по Ангаре отмечал, что тунгусы-мужчины были в натазниках, на передке которых прикреплена длинная ровдужная бахрома. Женщины носили на бедрах ровдужную повязку с длинной бахромой, ниже колен. Оба вида натазников дожили до наших времен. Кусок ровдуги, сложенный вдвое, сшивали по бокам и прорезали на краях сгиба отверстия для ног. Вверху загибали, продевали ровдужный ремешок или оставляли без вздержки, в таких случаях вверху по бокам в двух местах пришивали вязки. При постепенном превращении натазников в штаны ровдугу складывали на 3 части (2/3 – задняя часть, 1/3 передняя), прорезь делали не по краям сгиба, а несколько наискось, к ней пришивали прямые штанины. Для таких штанов обязательно наличие вздержки. Удлинение натазников и превращение их в штаны привело к укорачиванию ноговиц и превращению их в наколенники. Ноговицы

Ноговицы (арамус, гуруми, оторо) – длинные гамаши из ровдуги или сукна, соединяемые с натазниками или поясом (талэги) ремешками. Они могут быть надеты поверх унтов или под ними. Для зимних унтов (до колена) ноговицы у лодыжки обвязывали ремешком. При постепенном превращении натазников в штаны, когда ровдугу складывали на 3 части (2/3 – задняя часть, 1/3 передняя), прорезь делали не по краям сгиба, а несколько наискось, к ней пришивали прямые штанины, ноговицы укоротились и превратились в наколенники. Ноговицы дольше сохранялись в женской одежде. Наколенники стали частью мужского костюма. Ноговицы к костюму для обряда икэнипкэ шили из полосок белого и черного камуса (передок) и из орнаментированной бисерным швом ровдуги, позже из сукна (задняя часть).

Ритуальная (обрядовая) одежда Шаманский костюм

Костюм шамана и его атрибуты это кафтан (ломболон, самасик) с подвесками и рисунками, шапка обязательно с бахромой, спускавшейся на лицо; нагрудник, наплечник, обувь, брюки (эрки), а также бубен (унгтувун, нимгангки) неправильно овальной формы с колотушкой гису, посох, железная корона с рогами оленя-предка, колотушка, жгуты-змеи, символизирующие шаманские дороги и др. атрибуты. В целом костюм должен был символизировать животное (оленя или медведя) или птицу. Некоторые из забайкальских шаманов имели два костюма: один – без металлических дополнений и с шапкой без рогов – изображал птицу, другой – с металлическими добавлениями и с металлическим венцом и рогами – оленя. В первом камлали охотникам, обращаясь к духу – хозяину верхнего мира, во втором – в поисках души болящего. У некоторых из забайкальских шаманов костюм птицы по мере приобретения шаманского опыта постепенно превращался в костюм оленя. У скотоводов шаманы имели только костюм коня. Костюм изготовлялся только из шкур диких парнокопытных, иногда из шкур медведя. На камлания, большие религиозные церемонии шаман надевал специальное одеяние, в остальных случаях он мог камлать и в обычной одежде, но все шаманы обязательно должны были закрывать лицо спущенным с головы платком или маской. Во время камлания в чуме должен был быть полумрак, для этого костер пригашивали, чтоб тлели одни угли. Позднейшая шаманская одежда нерчинских эвенков шилась из цветной материи по типу русской рубашки, с низким стоячим воротником и не имела никаких подвесок. Присутствовали лишь изображения солнца и луны, дополнительные нашивки в виде кружка, квадратика и каплеобразной фигуры. Первым из атрибутов, приобретаемых шаманом, была колотушка для бубна (гису). Ее изготовляли из разбитого молнией дерева, кости или клыка мамонта. Широкую часть снизу обтягивали медвежьей шкурой и шкуркой с рогов оленя, марала или лося. Тыльная костяная часть оставалась открытой, иногда на ней укрепляли узкую полосу металла с нанизанными кружками. Некоторые шаманы на этой части колотушки для поисков души вырезали изображение человека вверх ногами. На концах колотушек делали схематическое изображение человеческой головы – духа, помогающего отгадывать, и изображение гагары или головы медведя.

Вторым атрибутом, который приобретал шаман, был бубен (унгтувун, нимнанки), состоящий из обода-обечайки, пузыря из выделанной лосины или ровдуги и ручки-крестовины. Западные бубны были большого размера с обечайкой яйцевидной формы, имеющей резонаторы, со сложным переплетом узких железных полосок вокруг крестовины-ручки. Восточные бубны были меньшего размера (50-60 см), без резонаторов, с рисунком оленей и коз, в верхней части и тигров в нижней. Бубен символизировал голову, а во время камлания – средство передвижения (плот, лодки (зап.), оленя-матку (вост.). Наружная сторона бубна покрывалась рисунками. Рисунки на внутренней стороне составляли исключение. Простейший рисунок – крестообразная фигура. Восточные шаманы имели посохи, символизировавшие коня или оленя. Иногда к посоху добавлялись изображения стремени или плети. На «олене» шаман ездил в верхний мир, на «коне» – в мир мертвых. Металлические маски были характерны для всех шаманов, но различались размерами. У восточных они были большими, а у западных маленькими – в виде подвешенных к плащу пластинок. Нагрудник изготовляли позже колотушки. С нагрудником шаманы очень долго камлали и после приобретения бубна. Даже получив облачение, многие шаманы на маленьких камланиях надевали только нагрудник. Сверху донизу посреди нагрудника проходила вышитая полоса – туру, изображающая дерево ирэктэ – лиственницу, над которой располагался верхний мир – уги дунда, из двух швов с подшейным волосом и закрашенным промежутком. Дерево имело две пары ответвлений, направленных вниз. Забайкальские, амурские, якутские эвенки к верхней части такого дерева прикрепляли железного двуглавого орла, ниже подвешивали железное изображение предков шамана. Ранее подвешивались еще и пластины толи – изображения солнца и месяца. Позднее толи были заменены большими медными плоскими круглыми пластинками и получили другое назначение – по ним «смотрели» настоящее и будущее. Средняя часть изображения соответствовала земле или срединному миру. Встречаются нагрудники без подвесок или последние сочетаются с изображениями, нанесенными краской. Среднеамурские и зейские шаманы вместо нагрудников пользовались наплечной накидкой из одной большой полосы с отверстием для головы, вязками на боках и бахромой по краям. Нагрудники выполняли функции оберегов и исполняли роль «щита» от злых духов, некоторые символизировали грудь шамана, вселенную.

Головной убор шамана назывался авун, ороптун, лэрбэки, шэргэми, хатыптун и имел различную форму (в виде налобной повязки, крестообразно перекрещенной на макушке, шлемовидную, или в виде капора, закрывающего голову целиком). У начинающих шаманов он был ровдужным и по крою являлся точной копией головного убора шэргэми в костюме для охотничьего обряда икэнипкэ (обод – полоса, сшитая сзади, и поперечные 2-3 полоски, перекрещивающиеся на середине и подшитые к ободу. Отличался он тем, что имел бахрому из ровдуги, закрывающую лицо и небольшие металлические рога, прикрепленные на месте скрещивания полос). Нередко к головному убору пришивались сзади одна или несколько лент, спускавшихся ниже пояса, кожаные ремешки, жгуты. Шапку могли увенчивать металлические изображения оленьих рогов. Фигуры на шапке имеют различное значение – они изображают духов-помощников шамана, другие – пути в верхние и нижние миры. Верхушка шапки служит броней или шлемом, «защищающим» голову от ударов злых духов. На лентах, прикрепленных к шапкам также имелись рисунки. Шапки с длинными лентами носили главным образом приенисейские и забайкальские эвенки. Такие шапки похожи на головные уборы бурятских шаманов. Сама лента является изображением змеи, носящей у забайкальских эвенков название кулин или дзабдар. Эту змею шаманы считали сильным духом, дающим наставления и советы. Некоторые шаманы называли змею рыбой (алдо, олдо). Приезжая к больным, шаманы иногда отвязывали ленту от шапки и оставляли в качестве оберега или охранителя в доме пациента. Шаманская обувь забайкальских эвенков украшалась металлическими изображениями солнца. Диски пришивались на месте подъема. Специальных штанов у шаманов не было. На обычные нашивались символы костей ног и они служили дополнением к костюму.

Шаманские перчатки украшались редко. Иногда встречаются изображения антропоморфных духов, вышитые сухожильными нитками, изображения солнца в виде пересеченного крестообразного круга, сделанные бисером. На фото представлена ровдужная перчатка, пришитая к рукаву шаманского костюма. На ней сохранились обрывки петель, в которые продевались пальцы. Кафтан (ломболон, самасик, кумэ, оргой) представлял собой целую шкуру, в ней вместо пройм имелись прорези для пришивки рукавов. На нижней части подола сзади пришивали полосу иргинэ – хвост. Общими для кафтанов (плащей) всех шаманов были ровдужная бахрома и жгуты (чурэптын) из нанизанных на ремешок или сухожилие кусочков меха разных животных и пучков ровдужных полосок (нэлби), прикрепленных на лопатках, поясе, плечах и подоле. Общей была и металлическая пластина с изображением рогов, которую пришивали на уровне лопаток. Ее имели только опытные шаманы, одержавшие много побед над духами. Общими были изображения всех атрибутов, которые могли понадобиться во время поисков пропавшей души больного, средства передвижения; духи-помощники, орудия для ковки и оружие для борьбы с враждебными духами, изображения вселенной и дорог, по которым путешествует шаман, жгуты для удержания шамана при падении во время транса. Все это прикреплялось на ремешках к разным частям кафтана. Количество подвесок было сугубо индивидуальным. У западных шаманов преобладали металлические, у восточных – в виде вышивок, аппликаций, изображений из ткани и очень мало из металла. Главной подвеской, изображающей средства передвижения была лодка с веслами, шестами. Наряду с этим у восточных шаманов имелись изображения коня и оленя. Духами-помощниками у западных шаманов были изображения рыб (щука, таймень), птиц (журавли, гагары), животных (мамонт). У забайкало-амурских эвенков духами-помощниками были изображения змеи, ящерицы, лягушки, беркута, коня, медведя. Самым богатым по количеству бахромы и металлических нашивок, похожим на сплошной панцирь, был шаманский кафтан у эвенков, живущих к западу от Лены. На восток от Лены на кафтане шамана было меньше нашивок, шапка не всегда делалась из металла или ровдуги в виде венца с рогами оленя, чаще она была из ровдуги также в виде венца с рогами оленя, на кафтане преобладала длинная ровдужная бахрома с привешенными между нею колокольчиками. Металлические подвески для бубна и костюма добавлялись постепенно, каждая новая часть должна была быть обновленной – окропленной кровью на камлании. Камлание «Обновление частей шаманского костюма» у эвенков не так распространено, как у некоторых народов Алтая и селькупов. Шаманы присоединяли его обычно к другому обряду, например, икэнипкэ. Металлические подвески к шаманскому костюму и атрибутам изготовляли мужчины-сородичи, позже – члены территориальной группы, жившей летом вместе, иногда их делал сам шаман. Обработкой ровдуги и пошивом костюма могли заниматься только девушки. Для добычи материала – дикого оленя, на костюм и атрибуты шаман устраивал несколько камланий: кратковременное общение с духами, чтобы они указали местонахождение оленя. Ответ шаман видел во сне после камлания. Затем он устраивали вторую часть камлания, на которую собирались все мужчины стойбища. Камлание проходило в чуме. Шаман в пении сообщал место и описывал оленя, которые охотники должны были убить для него и место, где он ходил. После добычи оленя шаман во время камлания указывал что и как нужно делать для изготовления костюма и кто из девушек должен этим заниматься. Металлические подвески считаются характерной особенностью эвенкийской шаманской одежды XIX, XX вв.

Подвески изображают животных и человека, иногда это солнце и луна. Вес такой одежды мог доходить до двух и более пудов (по Г. Спасскому). Есть основания предполагать, что одежда с подвесками – поздний тип, возникший в связи с проникновением к эвенкам железа и развитием кузнечного ремесла. Более ранней одеждой был кафтан без металлических частей. Дискуссионным остается вопрос о времени появления железа и кузнечного дела у эвенков. А.П. Окладников считает, что эвенки, эвены и юкагиры были знакомы с железом и умели его обрабатывать еще в 1 тысячелетии нашей эры. Однако кузнечная терминология связывает эвенков с тюрко-монголами. Интересен также вопрос о том, из чего были сделаны и какой вид имели изображения на шаманской одежде до появления металлических подвесок. Исследователи считают, что скульптурные изображения делались из дерева и кости, шились из кожи и меха. Плоскостные изображения наносились на костюм при помощи краски, вышивки оленьим волосом, сухожильными нитками. Рисунки (металлические подвески) располагаются на спинке кафтана, между лопатками, на подоле, иногда спереди и на фалдах. Они имеются также на нагруднике, рукавицах, шапке, лентах, прикрепленных сзади к шапке. Иногда рисунок и подвески совмещаются. Эвенки Забайкалья (баргузинские и нерчинские) вышивали фигуры на шаманских кафтанах белым оленьим волосом. Среди изображений встречаются домашний и дикий олень, лось, кабан, кабарга, тетерев, утка, антропоморфные фигуры. На кафтанах баунтовских эвенков изображения человека иногда рисовались черной или кирпично-красной краской. Они располагались на груди или на полах кафтана впереди. Рядом с антропоморфными фигурами помещались и зооморфные. Все они крайне схематичны. Гравированные или отчеканенные изображения на металлических частях костюма встречаются редко. Главным образом, на некоторых подвесках в форме круга или полумесяца, изображающих солнце или луну. Встречаются схематичные изображения человека (возможно, фигурка изображает девицу, которая, согласно легенде эвенков была похищена с земли луной и навсегда осталась на ней), выгравированные линии и полоски, стилизованные изображения деревьев, крупных животных, птиц (в частности, гагары). Гагару шаманы считали своим духом-помощником и ее скульптурные изображения нередко пришивались к нагрудникам. Круглые металлические подвески представляют интерес в связи с имеющимися на них изображениями животных, а также сами по себе. Они бывают крестообразно пересечены, разделены на несколько концентрических кругов, на некоторых выгравированы лучи. Такие подвески изображают солнце и луну, вселенную. Луна представлена также серией полукруглых или серповидных пластинок. Изображения вселенной имеют более крупные размеры и различные формы (круглую и квадратную). Круглая или квадратная железная пластинка из металла, изображающая небо называлась тынгирин. Ее диаметр примерно составляет 13 см. Среди шаманских подвесок изображения светил и неба занимали значительное место, т.е. данным объектам придавалось большое значение. Под рукавами многих эвенкийских шаманских кафтанов изображались кости руки человека, крыла или ноги птицы, ноги животного. Возможно, в старину пришивались настоящие кости, позже их сменили скульптурные или вышитые изображения. Нередко встречаются рукава, имеющие одновременно металлические и вышитые изображения костей. На шаманских кафтанах можно найти и изображения на длинных широких лентах, прикрепленных к спинке у ворота. Эти ленты, сшитые из кусочков материи разных цветов, изображают собой стилизованных драконов и сходны с лентами на головных уборах забайкальских эвенков. В качестве примера приведем изображения на лентах шаманского костюма нерчинских эвенков. Длина ленты 1,33 м, ширина 0,14 м. Лента сшита из цветной материи и состоит из отдельных квадратов и прямоугольников. Верх ленты – полукруглый и соответствует голове дракона, хвостовая часть вырезана в виде трех фестонов, оканчивающихся бахромой. Вдоль краев ленты с каждой стороны пришито по шести пучков бахромы, изображающих лапы дракона. В верхнем красном прямоугольнике, примыкающем к головной части, помещены два силуэтных изображения летящих птиц. Они вырезаны из черного плиса и резко выделяются на ярко-красном фоне. По краю фигуры оконтурены белыми нитками. Этими же нитками отмечены глаза. Птицы ориентированы головами друг к другу и соприкасаются крыльями. Расположенный ниже прямоугольник имеет изображение одной черной птицы (аппликация) с белым контуром. Изображения реалистические. Остальные прямоугольники изображений не имеют. Следует также упомянуть специальные ровдужные ленты-полосы длиной около 1,5 м, шириной около 20 см, которые носили у баунтовских и баргузинских эвенков название серю, что означает «радуга». Характер украшений согласуется с названием. Вдоль ровдужной полосы нашито 7 цветных полосок материи – 4 синих и 3 красных. Края полосы надрезали и делали густую бахрому. Радуга служила шаману «дорогой» в верхний мир. Таким образом, шаманская одежда, шаманские атрибуты имеют отношение к вооружению шамана, его транспортным средствам, запасам пищи, подаркам и другим предметам, отсутствие которых «парализовало» действие шамана или «ослабляло» их. Наряду с антропоморфными персонажами шаману помогали и зооморфные. Люди и звери являлись покровителями, защитниками шамана. Одежда рассматривалась шаманами как броня, защищающая от злых духов. Шаманская шапка в виде военного шлема относится к этой же категории, сюда же надо отнести осмысление крестообразной верхушки на других головных уборах как брони, защищающей черепные швы шамана от ударов врагов. Железная крестовина внутри бубна также рассматривалась иногда как броня бубна, или щит шамана. Среди «охраны» шамана были деревянные изображения его предков, вымазанные сажей, чтобы не быть опознанными. На некоторых костюмах имеются «лестницы», сделанные из железа, изображения «мостов», «дорог», «переправ». Разнообразны «транспортные средства»: олени, птицы, рыбы-плоты. Средства «сигнализации» – бубенцы, деревянное изображение гагары, крик которой предупреждал шамана об опасности. Изображения солнца и луны должны были освещать шаману путь в пространствах вселенной.

Костюм для древнего охотничьего обряда икэнипкэ

Кафтан имел обычный раскрой, но в украшении и линиях его получил отражение древний кафтан из шкур мелких парнокопытных животных. Этот обрядовый костюм по оформлению подвесными частям представляет интерес для изучения происхождения шаманского кафтана. Некоторые эвенки обрядовый кафтан шили из осенней шкуры мехом наружу, другие – из ровдуги. Для костюма припасали хвостовой конский волос, черные собачьи шкурки и белые козьи. На спинке – обязательные вставки на лопатках клина (мирэлэн) белого или темного цвет а мысом книзу, вшивка на поясной части полосы из белого меха, параллельной окаймленному такой же полосой подолу кафтана. Обязательной деталью кафтана были пришивные рукавицы с прорезью у кисти. Никаких вставок для расширений в нем не допускалось. Нижний мыс на спинке кафтана и пришитая к мирэлэн широкая ровнодужная длинная полоса с орнаментом позвонков превратились в ирги (см. выше). По нижней линии клина-мирэлэн пришивали пучки длинного конского волоса, которые доходили до земли. По линии нижнего шва на спинке пришивали пучки покороче. Эти украшения иногда были густыми. Тот факт, что шаманский кафтан был ровдужным, а обрядовый – меховым, говорит о большой древности последнего. Нагрудник обрядового кафтана, кроме сплошной зашивки на груди бисерным орнаментом имел подвесные украшения, вылитые из металла – схематические изображения животных и человека, кружков и трапеций. Изображение человека, подвешенное к нагруднику, найдено и в могильниках глазковцев. Обувь к этому костюму – обязательно высокая в виде подчеркнуто сшитых вместе унтов до колена и ноговиц. Унты изготовлялись из шкуры мехом внутрь и орнаментировались, или из белых камусов с украшением в виде двух рядов тонких черных полосок по передку. Ноговицы шили из полосок белого и черного камуса (передок) и из орнаментированной бисерным швом ровдуги, позже из сукна (задняя часть). Головной убор этого костюма представлял собой вышитый бисером венец связываемый вязками в верхней части затылка под пучком волос, выходивших как бы в отверстие венца (хорон – «макушка»). На висках к венцу пришивали за два конца ровдужные ремешки с нанизанным крупным литым бисером (корольки). Похоронная одежда Похоронная одежда отличалась от бытовой одежды более тщательно выполненными украшениями. Смерть эвенки объясняли уходом души – дыхания из тела человека. Баргузинские эвенки считали, что человека можно вернуть к жизни согреванием. Для этого покойника одевали в несколько одежд, дули ему в нос или рот. Боязнь покойников появилась после появления представлений о мире мертвых. Покойнику стали закрывать глаза, рот, нос завязывали платком. В XVIII в. обряд похорон был таков: покойника раздевали, вытягивали его руки вдоль тела, ноги связывали, лицо покрывали и обмывали тело кровью жертвенного животного. Традиция омовения кровью в виде обрызгивания живота и груди сохранялась у баргузинских эвенков еще в XIX в. Позже кровь была заменена порошком охры или сурика (дэвэк, дэвэксэ). У забайкальских эвенков долго продолжала сохраняться традиция обмазывания кровью гроба изнутри и устилания его дна можжевельником. К концу XIX в. большинство эвенков обмывало грудь и живот усопшего водой, затем покойника одевали в заранее приготовленные, богато орнаментированные одежды, при этом ничего не завязывая и не застегивая. Одетого покойника клали на новую шкуру или кумалан. Прежде жена клала на грудь умершему мужу прядь волос (муж укладывал свою прядь усопшей жене под мышку). Затем около мужчины клали пальму, лук, стрелы, охотничий нож, лыжи, котелок, огневой припас, трубку кисет и др. Женщине – орудия обработки шкур, женский посох, трубку, кисет, мелкие личные вещи. Одев покойника, все садились вокруг и приступали к трапезе, время от времени подбрасывая кусочки еды в воздух. Остатки бросали в огонь. На следующий день заготовлялась долбленая колода из высохшего дерева или гроб из трех досок. Уложив покойника с вещами в гроб, покрывали его нюком от чума и выносили головой вперед через специально открытое отверстие, около того места, где находилась его голова перед смертью. Заготавливался помост (гирамкин) на 2-4 столбах, все обмазывалось кровью оленя. Мужчину несли мужчины, женщину – женщины, ребенка – отец. Под помостом разводился огонь, в который лили жир для окуривания, рядом ставили сосуд с жиром, на деревьях вокруг развешивали одежду и другие вещи покойного, слегка поломав или порвав их. Убивали верхового оленя или лошадь и оставляли под настилом, шкуры убитых «для крови» животных вешали на дереве около захоронения. Оленье мясо съедали в вареном виде около помоста. После трапеза покойника укрывали шкурой или кумаланом, некоторые прибивали сверху доску. После обряда, пятясь, отходили на небольшое расстояние и возвращались домой. Примерно через год шаман проводил обряд отправления души умершего в мир мертвых.

Свадебная одежда

Одежда для невест отличалась от бытовой тщательно выполненными украшениями, богатым орнаментом.

Охотничья одежда

Основное занятие эвенков – охота. Охотничья одежда – легкая, не стесняющая движения, не горячившая во время быстрой ходьбы. Зимней производственной одеждой мужчин и женщин была куртка типа парки, сшитая из оленьей шкуры мехом наружу – мукукэ, мэкчэкэ, хэгилмэ. Летом носили куртку из замши – кайрэк. Острый мыс (ирги – хвост), которым оканчивалась спинная часть куртки, или более длинная спинка нужны были в условиях пешего передвижения как подстилка, на которую можно было сесть на лед, камень, землю. При ходьбе острый мыс за петлю подвязывался к пояску или к натазникам. Охотничья одежда обычно не украшалась. Охотник снимал у входа в чум лесную охотничью одежду и переодевался в домашнюю. Женщине запрещалось перешагивать через одежду мужа, его посуду, тропу охотника, через подстилку, на которой свежевали зверя.

Праздничная (выходная) одежда

Праздников, посвященных определенным датам, у эвенков не было. Массовые увеселения происходили обычно в весенне-летний период – по случаю встречи с родственниками, друзьями из другого рода, свадьбы, удачной охоты, рождения ребенка и т.д.

На празднества все одевались в лучшие костюмы, которые обычно бережно хранились в сумах или шились специально к празднику. Шилась такая одежда, как обычно, из шкур, однако шкуры выделывались более тщательно, для придания им большей эластичности. Женская куртка – купо, а особенно куртка с несколько удлиненными полами – нянмакан, делалась из выделанной шкуры косули. Края подола при этом опушались белым мехом и украшались орнаментом, бисером, шелком. Частью выходной одежды молодого охотника служил нгэл – красиво орнаментированный мужской передник (нагрудник), заменяющий рубашку. Нгэл представлял собой узкую полоску длиной до 70 см, обшитую по краям орнаментированными полосками, опушенными мехом домашней козы. Нгэл украшался национальным орнаментом, бисером. Бронзовыми колокольчиками. Поверх нгэла надевался распашной ровдужный кафтан, к сожалению, нгэл сегодня совершенно забыт.

Детская одежда

Детская одежда шилась по образцу взрослой. Отличался от нее только костюм детей, начинающих ходить. Их зимняя одежда имела зашитые наглухо внизу рукава и называлась хакумактэ («глухая»), дуды. Она была также распашной, но полы ее сходились и даже находили одна на другую. Для маленьких детей не шили нагрудников. Илимпийские эвенки пришивали к парке капор.

Подкаменно-тунгусские эвенки детскую парку шили из прорезанной для рукавов шкуры, в то время как одежда взрослых была кроеной. Детям шили высокие унты. К детским капорам (мета, метама, дэримэ) пришивались матерчатые «ушки» и «рожки». С 5 лет дети носили такую же одежду, что и взрослые.

Мальчакитова Н.Ю.

Аспирант НГИ БГУ

Стилизованный эвенкийский костюм Современные условия жизни требуют …

Так, наш взгляд, наряду с проблемой сохранения элементов традиционного эвенкийского костюма, мы имеем проблему стилизации костюма.  Эвенкийские танцы пользуются популярностью, и стилизация для постановки танцев порой является неизбежна. Стилизация — намеренное, сознательное использование художником форм, способов и приемов формообразования, ранее созданных в истории искусства. Такую стилизацию можно назвать целостной и локализовать ее на уровне творческого метода. Для успешного применения подобного метода необходима значительная историческая дистанция, при которой отчетливо осознаются различия в принципах и закономерностях формообразования стилизуемого образца и стилизующей композиции. В случае отсутствия такой дистанции вместо стилизации возникает репликация (лат. replicatio — “обратное движение, поворот, возобновление”) — повторение оригинала с небольшими изменениями в деталях. Для пошива традиционного эвенкийского костюма используется довольно дорогой материал. Так, традиционную зимнюю одежду эвенки шили из  оленьей шкуры, летнюю – из ровдуги. Зимний головной убор шьют также из шкур пушных зверей, и также из оленьей шкуры. Обувь шьется из   оленьих камусов. Поэтому стилизация эвенкийского традиционного костюма позволяет осуществить выступление с меньшей затратой средств (это ни в коем случае не означает, что она должна стать хуже). Современный эвенкийский стилизованный костюм в основном изготавливают из ткани, отделка выполняется бисером.  В качестве головного убора служит дэрбэки. Но, создавая стилизованный эвенкийский костюм, мы имеем дело, прежде всего с традиционной основой одежды. Стилизованный эвенкийский костюм должен быть узнаваем. Из большого числа стилизованных костюмов человек должен сразу узнать эвенкийский. Но при этом знание современной модной тенденции необходимо.

Жилище

Войлочная юрта Забайкальских эвенков

Корьевой чум

Летний вариант чума из бересты

Основное жилище тунгусов (охотников и оленеводов) – конический чум (дю). Терминология, относящаяся к чуму и его частям, едина для всех тунгусо-маньчжуров джу (~джу~джо~дю~де~дюг~дюкан~дюкча) – «чум», «дом»; сераң – любая жердь, при помощи которой устанавливается чум; уркэ – дверное отверстие; чоңа – место для хозяйственных вещей около входа; малу – почетное место против входа за костром; аран – место костра. Различают летний и зимний варианты чума.  Чум покрывали зимой оленьими шкурами, а в летнее время берестой. При перекочёвках каркас оставляли на месте, а материал для покрытия чума брали с собой. Зимние стойбища эвенков состояли из 1-2 чумов, летние – от 10 и более благодаря частым праздникам в это время года. Внутреннее убранство чума Корьевой чем, Каларский район Забайкальского края, стойбище Мальчакитова Ю.Ю., 2010 г. Одежда В конце XVIII века академик А.Ф. Миддендорф восторженно писал: «Что значат в сравнении  с ними (эвенками) произведения наших наемных изготовителей нарядов? Самые блестящие костюмы и парадные мундиры наших самых щеголеватых гвардейцев? Разве еще камергер может сравниться с нарядным тунгусом, потому что и у него шитье тянется по запретной части тела». Кочевой образ жизни охотников-оленеводов обусловил особенности материальной культуры эвенков. Основной особенностью общетунгусского кафтана была его составность: не сходящийся на груди кафтанчик; нагрудник, подвешенный на шею; натазники; ноговицы; унты. Они обращали внимание и на то, что кафтанчик и нагрудник одевались на голое тело, а также, что весь костюм имел большое количество украшений – бахрому, конский волос, обшивки из длинного козьего меха и бисерные вышивки.

кафтан-сун

Мужская и женская одежда и обувь горнотаежных охотников по раскрою не различались. Женский кафтан был более украшен и несколько длиннее. Единственное различие в одежде относилось к нижнему краю нагрудника (с прямым – женский, с острым мысом – мужской). Различия между зимней и осенне-весенней одеждой раньше зависели только от сезонности шкур. Материалом для одежды и обуви прежде сего служили шкуры парнокопытных животных. Для украшений кроме узких полосок меха различных животных, пользовались ровдужной бахромой, конским волосом, литым бисером, различными литыми из свинца фигурками, а с XVIII в.  –  сукном и тканями. Нагрудник (нэл, хэлми, уруптын) всегда орнаментировался: бытовой – узором из меховых полосок, ритуальный – бисерной вышивкой. Позже нагрудники стали шить из сукна. Общетунгусским словом авун называлась женская шапка, которая шилась из шкуры с головы.  Она состояла из двух наушных полос и одной продольной (хоëн), покрывавшей темя и затылок. Шапка оторачивалась полосками их меха пушного зверя. У илимпийских эвенков такая шапка позже стала называться мужской. Имелись у эвенков шапки еще одного фасона – авун. Они развились из венца, соединенного двумя перекладинами. Девушки для поддерживания волос пользовались повязкой (дэрбэки), которую накладывали на лоб и завязывали на затылке. Натазники (хэрки ~ эрки) представляли собой очень короткие (покрыающие только таз) штаны. Ноговицы представляли собой отдельные штанины, выкроенные в виде расширявшихся к верхнему краю полос, сшитых сзади. Вязками, прикрепленными к верхнему переднему краю, их подвязывали к поясу – талэги, внизу укладывали вокруг лодыжки. Унты надевали поверх. Для зимних унтов  (до  колена) ноговицы у лодыжки обвязывали ремешком. Шили их из ровдуги или из сукна с ровдужной каймой внизу. Высокие меховые унты надевали при перекочевке. Обувь из камусов различной высоты – от низких чикулма, хэмчурэ до  высоких, на всю ногу, хэвэри, бакари (непск.), купи, гуруми (ербогоч.) – у всех групп состояла из трех частей: подошвы, союзок (ряд двух варьировавших в длине узких полосок, которые пришивали к подошве от носка в сторону пятки и к голенищу) и голенища из четырех полос – передней, с мысом проходившей  по подъему до подошвы, двух боковых и задней. Орудия труда

Домашним хозяйством занимались все группы эвенков. Мужчины владели кузнечным мастерством. Производили разнообразные поделки из дерева, рога, кости, изготовляли лодки, лыж нарты. Женщины обрабатывали бересту, шкуры животных и шили из них разные вещи. Инструментами для обработки шкур копытных зверей являлись разного рода скребки. Выделкой шкур в основном занимались женщины. У — оточенный  по наружному краю слегка изогнутый кружок, вставленный основанием между двумя палочками, плотно обвязанными у двух концов. Чучун — плоский кружок с зазубринами по краю, вставленный основанием в ручку. Кэдэрэ – слегка изогнутая палка с зубцами на вогнутой стороне и двумя ручками. Шидывун – металлическая пластинка с заостренным краем, вставленная в две деревянные ручки или в имевшиеся на конца рукоятки. Орудия для выделки шкуры: чучун, у, кэдэрэ. Изготовлением предметов из дерева  занимались все мужчины. При этом они использовали следующие инструменты: топор (сукэ, алдывун), струг (кугуна), нож (кото, пурта), стружок для грубой стружки (ирэпчинэ), выдолбленный из дерева, с двумя ручками и круглым отверстием посередине, в котором укреплялся двусторонне оточенный нож; стружок для тонкой стружки (хаңдавун), также выдолбленный из дерева, слегка изогнутый и с тонким косым отверстием посередине, с одной из сторон которого вставлялась двусторонне отточенная металлическая пластинка – долото и бурав – лучковое сверло (пурупчанэ), состоявший из двух частей: ручки в один конец которой вставлена «перка» (наконечник) и палочки. В отверстие середины ручки проделывали ровдужную тесемку, концы которой привязывали к ручкам. Эвенки с особым умением выделывали из дерева тонкие доски  (для лыж, полозьев охотничьих нарт, луков, коробов, колыбелей и др.), придавая им самую различную форму. Короба и колыбели сшивали. Эвенки изготовляли маленькие лодки-долбленки (дявкан), которыми пользовались во время охоты с воды. Летом занимались изготовлением нарт: одни готовили полозья, другие – все остальные части, а третьи связывали нарты. Утварь

Детская люлька эмкэ

Эвенки в основном пользовались берестяной утварью, реже –  деревянной. Внутри жилища помещалось лишь самое необходимое. Все остальное хранилось снаружи во вьючных сумках и около чума. Для всех тунгусоязычных народов было характерно шитье сосудов, коробок, а также колыбелей из бересты или из одной двух досок. Основные названия их являются общими для всех групп эвенков. Авса – коробка для рукоделий. Основа ее шилась из одного куска бересты или из тонкой деревянной доски. Коробки имели квадратное, прямоугольное или шестиугольное дно с округлыми углами и крышку, накладываемую сверху. Инмэк – вьючная сумка на твердой основе. Делали из бересты, которую складывали коробом, с узким прямоугольным дном. И расширяющимися кверху высокими бортами. Их плотно сшивали и нижние части обклеивали сшитыми камусами, вверху окаймляли ровдугой, пришитой к камусам. Поверх сумки накладывали овальный кружок из бересты, все завязывали вязками вдоль длины и ширины. Таким образом, плотно вложенные в сумку продукты и вещи не выпадали и от дождя не промокали. Муку возили только в таких сумках. Муручун – коробка на твердой основе круглой формы, использовалась для перевозки ценных атрибутов. Пота – вьючная сумка на мягкой основе. вьючная сумка на твердой основе инмэк.